Как психологу найти себя, своих клиентов и деньги в соцсетях

Что делать психологу, который ищет клиентов в соцсетях — обсуждаем с психологом и психотерапевтом из Израиля Анной Зарембо.

У Ани Зарембо два бывших мужа, две родины и масса профессий. Она была переводчиком, детским врачом и социальным работником. Но последние годы интернет знает ее как популярного колумниста журнала «Сноб» и психолога. О том, как сложился этот виток ее карьеры и о том, что делать психологу, который ищет клиентов в соцсетях — мы и говорим сегодня.

 Первый вопрос – как начать? Вот человек завёл фейсбук, послушал Майю, послушал Аню Зарембо и пошел писать посты. У него пять человек друзей, ничего не понятно, площадка незнакомая. Что делать? С чего начинаем?

— Во-первых, стоит выбрать ту площадку, которую вы знаете и где вам комфортно. Я, на самом деле, начинала со своего Живого Журнала. Я там вела дневник, писала всякие глупости и не думала об имидже. Даже ник у меня там змеючка, что не очень подходит, честно говоря, для психотерапевта. Начала активно работать, мне захотелось больше и больше писать о своей профессии. Да, важное уточнение: я начинала работать «на дядю», в психологических центрах, в системе образования, там где уже есть клиенты. Нельзя начать «из воздуха». Важно начать работать с кем-то. Ведь вы не можете писать о том, чего нет. Вам нужен материал. Поэтому я работала, писала, а потом уже меня пригласили в Сноб и я стала развивать Фейсбук.

— Как разрешить себе говорить? Как ты решила, что тебе уже есть, что сказать читателям? 

— Каждый раз я задаю себе этот вопрос. Наивно думать, что после какого-то числа подписчиков или после какого-то числа статей этот страх отступит. «Кто ты такая?» — это до сих пор страшный вопрос, который мучает меня

Борис Новодержкин как-то сказал мне, мол, Аня, вы же известный психотерапевт. Вроде лестно, слышать такое от мэтра… Но мне это не очень помогает. Всё время страшно. Особенно, когда начинаешь читать чужие статьи. С одной стороны, ты видишь материал и понимаешь, о чём люди пишут и что им интересно. Без пребывания в этом «рассоле» сложно создавать свои темы. А с другой стороны, ты понимаешь, что все обо всём уже сказали. Просто не о чем уже рассказывать! Потому что все темы уже задействованы. И я объясняю себе каждый раз, что важно именно мое мнение и мое собственное звучание. Начинаешь писать — и потихоньку текст увлекает, а страх уходит.

— То есть ты сейчас во всеуслышание объявила, что страшно будет всегда?

— Да, это правда. Это то, что я всё время говорю своим клиентам. Например, мне часто депрессивные клиенты жалуются на ощущение пустоты. Я говорю, нет, вы не избавитесь от пустоты. Она всегда будет с вами. Но вы научитесь с ней жить, научитесь в неё смотреть, научитесь как-то с ней обращаться и так далее.

Нет шансов избавиться от страха, что ты самозванец, а то, что ты пишешь — уже всеми давно сказано. Я вот пообещаю всем продолжение какой-нибудь статьи, а меня заклинит намертво: я не могу, боже мой, про это уже всем известно, это уже всем надоело, как писать! И я просто беру себя в руки, перешагиваю этот страх и пишу.

— Да, каждый раз ты находишь какое-то решение для себя и пишешь несмотря на то, что все уже давно всё написали. Как ты придумываешь, как у тебя будет звучать эта тема, какая у тебя будет фишка, какая будет подача? 

— Есть темы, которые возникают как порыв, как водопад. Я читаю сейчас книгу, и один из героев там говорит: «стихи всегда начинаются с кома в горле». Тексты тоже часто начинаются с того, что у тебя прорывает, торчит и ты не можешь про это не сказать. Не всегда получается именно так, но когда есть вот это внутреннее горение — получается удачный текст.

Я очень редко пишу о темах «модных». Например, была тема про изнасилование. Я не смогла написать про это какой-то текст «в струю». Потом у меня с клиенткой зашел про это разговор, я спросила у клиентки могу ли я про это написать и она ответила, что да, ей очень важно, чтобы женщины про это услышали. И только тогда я написала то, что «настаивалось» долгое время.

Иногда у меня возникает тема, но не получается превратить ее в текст. Тогда я беру и открываю чужие статьи на эту тему. Поскольку я читаю на трёх языках — на русском, иврите и на английском — на каждом из этих языков я открываю не больше трёх статей. Потому что иначе уйду в чтение и буду читать вместо того, чтобы писать. Я анализирую то, что уже сказано и это помогает мне сформулировать свою позицию.

 

— Ты затронула очень важный вопрос сейчас. Что делать, когда очень хочется написать, а по этическим причинам писать об этом нельзя? Один из ответов, который ты уже дала, «да, можно договориться с клиентом». Может есть ещё какие-то варианты? 

— На самом деле, это очень редкий случай, чтобы я прямо спросила клиентку, которая у меня в терапии о разрешении на публикацию. Чаще всего я «конструирую клиента», условно говоря. Есть какая-то тема, какая-то ситуация, которая часто звучит у клиентов. Отношения с мамой, отношения с мужем, конфликт с ребенком. Я соединяю три, пять, сто запросов в одном сферическом в вакууме Пете и о нем пишу. Насколько я знаю, многие из пишущих коллег пользуются этим приемом.

Единственное что, конечно, не надо брать фразы клиента, хотя иногда очень хочется. Иногда клиенты говорят такие потрясающие вещи, которые так и хочется записать. Но я очень хорошо знаю, что клиенты воспринимают это очень болезненно. У меня была клиентка, которая пришла ко мне от другого известного терапевта, после того, как та написала в блоге то, о чём они говорили.

— Нас спрашивают: какие психотерапевты сейчас востребованы, какие будут востребованы потом. Скажи, пожалуйста, следишь ли ты за какими-то трендами в этой сфере? 

— За трендами смотрю, что востребовано знаю, но использовать это у меня не получается. Я не могу писать про то, что в тренде. Мне это, наоборот, мешает.

Когда был флешмоб #янебоюсьсказать я, наоборот, не могла писать об этом, хотя все мои клиентки пришли ко мне срочно обсуждать именно это. Про какие-то темы я понимаю, что никогда не буду про это писать, как бы это ни было востребовано. Иногда меня спрашивают клиентки «знаете ли вы Лабковского/Торсунова/что-то там про ведических женщин». Я, конечно, знаю и даже могу высказать свое мнение, но стараюсь этого не делать. Точно также я не работаю с клиентами, которые мне не нравятся.

— Есть ли у тебя какие-то внутренние табу и что-то, что ты не будешь никогда делать для своего продвижения, то что тебе кажется недопустимым?

— Я не очень много пишу о себе. То есть что-то, конечно, пишу для того, чтобы выглядеть живым человеком в своём фейсбуке. Но стараюсь соблюдать какую-то границу, оставлять клиенту пространство для переноса. Если он про меня слишком много знает, это мешает работе, но и если совсем ничего не знает, тоже мешает.

Наверное, я не пишу о сексе напрямую. Я ведь не сексолог, и не эксперт в этой теме.

Есть темы, которые я чувствую как «тонкие», и очень советуюсь с собой перед тем, как что-то написать. Стараюсь быть тактичной с читателями, не дать человеку информацию наотмашь. Да я даже на комментарии смотрю как терапевт.

Массовые зрелища тоже нет. Для меня очень важно, если я как-то где-то цепляю человека, чтобы он не остался «с кишками наружу». Мне нужно индивидуально с ним поговорить, по возможности, снять остроту. А массовость этого не предполагает.

Есть темы, которые я чувствую как «тонкие», и очень советуюсь с собой перед тем, как что-то написать. Стараюсь быть тактичной с читателями, не дать человеку информацию наотмашь. Да, я даже на комментарии смотрю как терапевт.

— Кто для тебя role model за кем ты следишь и кого ты читаешь, на кого ориентируешься в том, что ты делаешь и про себя думаешь, что ты тоже так хочешь?

— Мне очень нравится Илья Латыпов, его искренность и настоящесть. Кроме того, мы много лет дружим и работаем с Сашей Ройтманом. По степени открытости и, порой, эпатажа мне не всё нравится то, что он пишет, но мы общаемся и я его читаю. Мне важно сохранять мою жёсткость и прямоту — и в текстах, и в терапии — и понимать, что есть какие-то вещи, которые я хочу написать или сказать, даже если мой клиент после этого уйдёт, хлопнув дверью. И это же я ищу в других авторах.

— Ты говорила о том, что очень важно не бросить человека в каком-то его разобранном состоянии. А что делать, если всё-таки зацепила и поймала какое-то состояние читателя/клиента, как с этим справиться без прямого контакта?

— Да, так бывает. В статье, в комментарии, да даже в личном письме я могу/вы можете сказать что-то такое, что запустит в человеке очень глубокие процессы. И тогда — если вы понимаете, что не можете помочь удаленно, надо об этом сказать: вам лучше обратиться на очную терапию. Иногда ситуацию можно закрыть общими фразами. Иногда могу перейти в личный чат или пригласить в личную почту на беседу. Важно понимать, насколько вы зацепили человека. С этим можно отпускать или нельзя? И уже, исходя из этого понимания, действовать.

Есть какие-то вещи, которые мне важно сказать прямо, даже если после этого клиент уйдет,
хлопнув дверью.

Если вы понимаете, что не можете помочь удаленно, надо об этом сказать: вам лучше обратиться на очную терапию.

— Сколько времени у тебя в месяц уходит на продвижение? 

— Иногда — очень много, целые дни и недели. А последний месяц, если не больше, я пишу довольно мало. Праздники у нас были, болела, не хотелось…. И, мне кажется, это сказывается на качестве контакта с читателями. Есть ощущение, что нить какая-то теряется и мне жалко.

Я не считаю, сколько часов уходит в день или в неделю, но у меня есть какие-то точки, которые я стараюсь соблюдать. Например, я спасаюсь рубриками. Когда совсем не пишется, у меня есть рубрика «Сова по воскресеньям» — я вешаю картинки своего приятеля Жени Аренгауза. Есть «пятничное психологическое», там публикую статьи, которые хочу обсудить — не обязательно свои или рассказываю смешные истории. Есть #безумнаярадиостанция для музыки и #подорогевтельавив для заметок.

Думаю, что социальные сети у меня занимают в среднем час в день, не меньше. А если я пишу сложную, интересную статью, то статья это часов 10-15. Очень трудно привыкнуть, что это тоже работа и это одна из заслуг моего личного психотерапевта, что она меня научила считать это работой.

— Если разделить рост популярности на этапе: вот ты написала первую статью на Снобе, а вот к тебе уже выстроились в очередь и ты понимаешь, что у тебя уже есть запись вперёд. Ты можешь какие-то этапы определить – сначала будет такой, потом такой и вы пройдёте этот путь от начала и до успеха, который вы для себя определяете? 

— Я очень чётко помню как первую статью вычитывала множество раз и очень боялась ее публиковать. Помню, что когда я открывала свою профессиональную страницу, я занималась её продвижением: писала друзьям, писала знакомым, просила мнений, просила обсудить со мной. А был период, когда я писала в пустоту, и совсем не понимала работает это или нет.

А потом ко мне стали приходить люди, которые говорят мне «а мы читаем вас на Снобе». И стали приходить клиенты, которые говорят «мы вас читаем». И в какой-то момент я поняла, что наверное у меня получается. Меня слышат.

Еще я заметила, что если ты хорошо комментируешь в профессиональных группах, то это приносит хороший отклик на фб. Да, меткие комментарии требуют времени. Времени сидеть и читать, и подбирать слова, которые вызывают отклик, и отвечать профессионально. Иногда мне очень жаль, что я не сохраняю комменты, потому что написать его, продумать, сформулировать у меня занимает полчаса. Зато после одного удачного коммента я могу получить пять новых френдов, это факт.

— Как ты сохраняешь баланс между качеством услуги и прибылью? Кажется это то, о чём мы начали говорить – не делать продукт, если он заведомо не принесёт пользы. 

— Например, я контролирую количество клиентов. Я беру около 100 долларов в час. Но при этом я знаю, что больше какого-то количества клиентов, например, больше 15 в неделю у меня не будет. Потому что с этого момента будет страдать качество услуг. Это одна из причин, по которой я не делаю вебинары — я не понимаю пока, как делать их качественно.

— Что самое сложное для тебя в продвижении? 

— Наверное, я буду не оригинальной, но это регулярность. Для меня очень сложно каждый раз браться за лопату и писать. Близкие люди, например, мой друг, меня оправдывают: «конечно, это требует вдохновения и ты уже не можешь».

Но мы то с вами знаем, что вдохновения текст, конечно, требует. Но вдохновение не приходит если ты не работаешь. И тебе всё равно приходится искать тему интересную или актуальную. У меня не всегда получается работать регулярно. Какую бы яркую статью вы ни написали, которая принесёт вам 500 тыс. просмотров и сумасшедшее количество клиентов, но, как говорил Соломон, «и это пройдёт». Не пройдет только то, к чему вы прикладываете усилия.

 

— А расскажи, что происходит, когда, наконец, сбылась мечта и ты написал статью на полмиллиона просмотров, которая три недели висит на Снобе в топе. Что там, на Олимпе? 

— Если честно, я никогда не понимаю, как устроены такие статьи. У меня была статья «Дочки-мачехи», она принесла триста тысяч просмотров, почему, как? Я не знаю.

Потом я написала статью про то, что делать, чтобы брак жил долго. Эта статья принесла мне 250 тысяч просмотров или около того. Но если мы говорим о монетизации, о каком-то смене качества жизни — увы. Никаких ярких изменений не произошло. Клиенты валом не побежали.

— Мы с тобой сейчас разочаровали читателей. Практически, сказали, что Деда Мороза нет и чудес не бывает. От того, что ты написал статью на 500 тысяч просмотров, к тебе не выстраивается немедленно очередь. Давай продолжим фокусы с разоблачением. Есть ли точка невозврата в популярности? 

— Что такое точка невозврата? Останутся ли мои читатели если я перестану писать? Думаю, что нет. Я так не делала, но думаю, что даже люди, которые пишут много лет, тот же Илья Латыпов, про которого я уже говорила, если он перестанет писать, то через год он исчезнет с горизонта. Интернет очень быстро создает новых кумиров и вытесняет старых.

— Был ли тот момент, когда ты сказала «да, у меня всё получилось»? 

— Я не думаю, что в этом мире какое-то событие или состояние может гарантировать нам что-то. Это не часовая мастерская. Какой-то из моих коллег, уже не помню кто, сказал «мы это то, что мы практикуем». Поэтому получилось и продолжает получаться.

— Ты наверняка читаешь статьи других психологов на том же Б17. Можешь выделить какие-то основные ошибки, которые ты видишь в текстах экспертов? 

— Если честно, чужие статьи мне нравятся больше своих. Правда, потом, когда перечитываю, свои статьи мне тоже нравятся. Но все равно мне проще говорить про свои ошибки.

Одна из главных, очень узнаваемая ошибка многих психологов — это назидательность. То, что называют в интернете «белое пальто». Бывают такие эксперты, правильные, прямо как уголовный кодекс. Они всё про вас знают, всё про вас расскажут. Для меня важно — это такая ось моей терапии — что я на равных с клиентом. И с читателями, к которым обращаюсь тоже. Но при этом легко срываюсь в поучения, только так. Сейчас я стараюсь это отслеживать. Например, я маниакально выискиваю в своих статьях слово «должен» и заменяю его на «имеет смысл» или «стоит». Чтобы не давить на читателя.

— Что на твой взгляд психолог никогда не может позволить себе в публичном пространстве? 

— Хамить никогда не буду. Ну просто потому что «в трамвайных склоках не сильна». И, на мой взгляд, это выглядит ужасно. Не буду лечить без запроса. Не ставлю никаких диагнозов, когда меня не просят об этом, а даже если просят — делаю это очень осторожно.

Еще не буду писать о личном. Личные вещи в своём фб я пишу под замком для очень небольшой аудитории моих друзей, там я могу написать, что мне плохо или поругаться. В публичном пространстве я этого не делаю.

— Что делать, если ты пишешь, пишешь, а тебя никто не читает. Не читают, не комментируют, не реагируют, не получается. Что изменить, что поделать? 

— Задавать вопросы. «Я сплясала, а вы хлопайте» в соцсетях не очень работает. Если вы недостаточно затейливо сплясали или недостаточно случилось зрителей, то имеет смысл задавать вопросы. Ещё у меня как-то была идея — я не помню воплотила я её или нет – делать какие-то тесты. Люди как-то любят себя типизировать, каталогизировать, стоит на этом сыграть.

Еще важно соблюдать такую пропорцию: треть профессионального контента, треть юмора, треть про жизнь. Люди хотят развлекаться, так развлекайте их и они придут.

— Как ты определяешь корректность своей цены и сколько ты стоишь? 

— Это очень актуальная история и очень важная для меня. Я начинала, наверное, долларов с 20. И то для меня это было очень сложным вопросом – я вот за это ещё деньги беру? Люди мало того, что ко мне приходят, так я с них за это и деньги беру? Это было трудно, но постепенно, стало привычно.

Во-первых, уже упомянутый мной Саша Ройтман говорит: «ты профессионал, если ты живёшь на то, что ты зарабатываешь своим профессиональным трудом». Для того, чтобы жить на эти деньги тебе нужна определённая сумма. Если ты будешь брать количеством, то быстро устанешь. И у тебя не будет никакого качества. Это было первое, что я поняла.

Во-вторых, проверяй собой: вот эта цена насколько она адекватна? Если вы берёте дёшево и вы сами считаете, что это мало, то ценность того, что вы даёте меняется.

— Как быть с самосаботажем и прокрастинацией? Ты сама говорила, что в последний месяц тебе не хотелось чего-то и у тебя не писалось, но при этом статью ты в итоге всё равно написала. Как ты с собой обращаешься, когда всё в тебе говорит «вот консультации у меня есть, это моя работа, а остальное так сойдёт»? 

— Я — опытный прокрастинатор. Как с этим бороться – для меня это до сих пор трудная история. Иногда бывает период когда все идёт, тогда и статьи идут. А бывает период, когда не идёт никак. Я очень самыми разными способами себя заманиваю.

Иногда могу пообещать себе какие-нибудь «конфетки» условные. Иногда я играю в Керри Бредшоу: иду в кафе, сажусь там с чашечкой кофе, раньше ещё с сигаретками, и там пишу.

Я много читаю, иногда вдохновляюсь своими же статьями, занимаюсь самоцитированием. Иногда могу кого-то из своих друзей или любимого мужчину подёргать: я хочу написать про это, вот давай про это поговорим.

Ну и, просто знание того, что если я не буду это делать, у меня не будет клиентов, тоже помогает.

— Как преодолеть страх критики и как обращаться с теми, кто пишет тебе гадости? 

— Это роскошь не обращать внимание на тех, кто вас критикует. Если это ваш фб, то баньте просто, особенно если это не критика, а ругань. Поначалу вы сами в себе не уверены для того, чтобы с этим иметь дело, но постепенно вы начинаете учиться отвечать этим людям, причём очень важно отвечать не в лоб. Если вы владеете тонким искусством троллинга это прекрасно, а если не владеете, то очень важно не обижаться, по крайней мере, публично. Вы можете обидеться и намотать пару десятков кругов вокруг компьютера, естественно. Но в комментах очень важно не обижаться, потому что это всегда выглядит беспомощно. Вы же позиционируете себя как человека, который может научить как держать удар! Держать удар — важная фишка. Когда-то на все наезды я использовала фразу «никогда не смотрела на эту ситуацию с такой точки зрения». Очень, знаете ли, помогает.

— Скажи, пожалуйста, есть ли что-то, что ты сама хотела сказать помимо того, что я у тебя спрашивала? Что-то, что тебе кажется такой квинтэссенцией того, что должен знать психолог про продвижение? 

— Мне кажется первое – это разрешить себе продвигаться. Сказать себе «я это могу». Все могут продвигаться, и я могу. Сказать себе, что ты стоишь того, чтобы люди узнали о тебе и о том, что ты можешь им дать. Очень важно себе это повторять и повторять почаще. Иначе вы не сможете регулярно прикладывать усилия к продвижению.

Вторая – вас будут критиковать. Конечно, это трудно когда тебя критикуют. Как, например, когда мы разговариваем с клиентами о том, как говорить нет. Они спрашивают меня – а как вы научились это делать? Как, как – да приседая от ужаса! Я до сих пор помню некоторые кошмарные комментарии, которые были в Снобе в начале моего пути. Всегда будут люди, которым вы не нравитесь и вам придётся это пережить. Но и счастье от процесса тоже будет. Это правда.

Добавить комментарий