Илья Латыпов: “Буду писать что-нибудь банальное. Вдруг кому-то и эта банальность откликнется”

 

Илья Латыпов —  психолог, кандидат психологических наук. Он ведет в Facebook блог, посвященный психотерапии и психологии. Это блог начинался в Живом Журнале, и всегда привлекал внимание читателей.  Однажды он написал в своем блоге: «Когда твоя профессия связана с соприкосновением с чужими жизнями, очень важным становится интерес к своей. И речь не только о том, чтобы не забывать о себе. А о том, что, бывает, очень хочется, чтобы спросили уже тебя: а ты как живешь? Что тебя волнует, про что думаешь, чем наполнена твоя душа сейчас?» Вот я и решила поговорить с Ильей о нем самом, а еще о том, как он видит свое продвижение. 

 

 — Откуда сейчас к Вам в основном приходят клиенты, если это не секрет?

 — У меня два основных источника. Первый —  Facebook. Практически все, кто у меня в скайпе – это все люди, пришедшие ко мне через эту соцсеть. Раньше приходили из портала Б-17, но сейчас я там активности не проявляю, и никого нет. Немножко людей приводит сеть вКонтакте, но сейчас я, в основном, на Facebook пишу, и люди оттуда приходят. Второй источник  — рекомендации от бывших клиентов или от коллег-психологов, то есть сарафанное радио.

 

—  Как думаете, что что притягивает людей в текстах? Знаете ли свою какую-то сильную сторону, знаете ли, на что именно они реагируют?

 — Мне кажется очень важным эффект узнавания. Когда человек что-то читает в моем тексте, и  узнает в этом тексте свои переживания — он включается. Конечно, он узнает не какую-то конкретную историю, которая случилась с ним, а скорее, похожее чувство, эмоцию. Он читает текст и понимает: да-да, со мной так же это было, я так же чувствовал, так же пребывал в смятении, удивлении, страхе, в стыде. Мне кажется, это самое важное. Когда человек, читая текст, узнает в нем себя.

При этом я не хочу, чтобы люди проецировали тексты  на кого-то: “а, вот я знаю такого, я видел такого” и начинали осуждать или клеймить. Это очень азартно, приятно узнавать “пороки” в других людях,  но не помогает лучше узнать себя. А я же хочу, чтобы люди работали с собой. Поэтому сейчас я не пишу текстов про нарциссов, особенно в стиле “о, какие ужасные эти нарциссы”. Если я даже буду писать про нарциссов, то это скорее, чтобы мы в себе его разглядели. Не про другого нарцисса  — давайте его обнаружим и будем клеймить позором, а обнаружить его в себе — и попытаться понять. У людей резонирует, и они как-то откликаются на это – своим опытом. Не всегда, конечно, получается.

 

—  С чего началась вообще для Вас активная работа с текстами?

—  Все началось давным-давно, в далекой Галактике… На самом деле, в детстве началось. Я любил всегда графоманить – писал тексты ради текстов. Например,   продолжение “Властелина колец” и “Хоббита”, потом придумывал свою Вселенную. Писал выдуманные древние исторические хроники. Научился печатать – сначала на печатной машинке, потом на компьютере. Для меня отдельное удовольствие – это просто стучать по клавишам, видеть, как от нажатия пальцами по ним мои мысли превращаются в текст. Мне нравится сам процесс, это настоящее чувственное удовольствие, безотносительно того, что именно я пишу.

 

—  Так понятно. Тоже ощущаю создание текстов именно как чувственное удовольствие…

—  Вот поэтому у меня нет какого-то усилия, насилия над собой, вымучивания текста. Я благодарен за это своей матери, которая терпеливо выслушивала мои первые детские истории, которые я ей зачитывал вслух. Подозреваю, что это было то еще испытание. У меня был благодарный слушатель, я продолжал писать и потихонечку что-то стало получаться.

 

—  Были ли какие-то страхи, когда вышли в публичное пространство со своими текстами?

—  Были, конечно.  Я долго читал других коллег, которые уже до этого писали и думал:”ну все, никогда у меня такого не будет, это невозможно, я так не умею”. Это было не так уж давно, если подумать — 2010 год примерно. Но я сказал себе  “и ладно, буду писать что-нибудь банальное, вдруг кому-то и эта банальность откликнется”. Я по-прежнему считаю, что я не пишу никаких откровений – я пишу довольно простые вещи, и до сих пор иногда удивляюсь тому, что у людей есть эмоциональный отклик на мои тексты. Более того, если я вдруг хочу  написать что-то неординарное, то ничего не получается. Хотя, я пытался. Я садился и: “вот сейчас я напишу такое, что все прямо вот в восторге будут…” Ни хрена. Как правило, такое усилие и попытка написать что-то особенное приводит к обратному результату.

 

— А кроме банальности чего боялись?

— Боялся, что я не смогу писать понятно для простого читателя. Я писал статьи в университете, и обнаружил, как мне плохо от этого канцелярского стиля, которым пишутся психологические научные статьи. Я понял, что я это ненавижу и, похоже, это тоже помогло мне по-другому изъясняться — от обратного. На первых порах меня сильно “сносило” в сторону рационального анализа, но, в процессе личной терапии и простого обретения навыка я смог делиться чувствами и личным опытом.  

Боялся травли, потому что испытал ее на себе. Одна из первых моих статей стала критика одной псевдопсихологической организации, которая тренинги в Интернете проводила. Они на меня набросились очень активно. И помимо больших неприятностей, которые они мне причинили – как то взламывание почты, доносы в университет и прочее —  они параллельно очень сильно распространили мою статью и информацию обо мне. Это оказалось своего рода рекламой, и часть людей пришли ко мне в блог без специальных моих усилий. Но я никому не пожелаю, если честно, такого начала. А страх того, что мои статьи могут вызвать что-то подобное некоторое время был.

 

 —  Плавать учились на середине озера..

. — Да, сразу пошел в бой, сразу сражаться. Сейчас я, кстати, от этого отошел, меня уже не привлекает идея писать разоблачительные статьи против кого-то, бороться с чем-то, но тогда – да, тогда я зашел, видимо, на своей волне. Хотелось нести истину в массы, бороться с чем-то плохим и “неправильным” для меня. Вариант донкихотства, честно говоря. И, в общем, борьбы получил по самое не хочу.

 

—  Был какой-то момент, когда сказали себе: “у меня получилось, у меня получается”?

—  Прямо сказать, что я научился это делать — нет. Но я помню, что году в 14-м я взял и где-то за полчаса быстренько, свободно, вообще не задумываясь, написал одну очень большую статью, и она разошлась очень хорошо. И вот в этот момент я  понял, что наверное, раз я пишу и моя спонтанная статья имеет такой резонанс, навык уже появился. У меня получается.

 

— Если бы сейчас пришел супер издатель и попросил ваш лучший текст, что нашли бы быстро в архивах или в Яндексе, какой текст? Или хотя бы по каким словам искали бы?

—  Ключевое слово, наверное,  это “близость” – про отношения. У меня есть несколько статей на эту тему, и мне, правда, они очень нравятся — хорошо передают мои переживания и мысли. А вот ближе всех одна, отражающая мое мировоззрение. Это восприятие мира и Вселенной глазами атеиста. Я в ней описал свои экзистенциальные, трансцендентные ощущения, переживания при контакте с миром, и этот текст очень личный.  И, может быть, еще один текст —  про отца. Он так и называется: “Отец”. Там мои воспоминания про то, чего  я не успел с моим отцом, который умер много лет назад.

 

— Что мешает вам писать?

— Одна из вещей, которая убивает мою возможность писать свободно – это попытка ориентироваться на читателя. Когда я думаю о том, что интересно подписчикам, получается сплошное мучение с написанием текста. Это уже не мой текст, больше попытка понравиться, попытка угодить, попасть в общий поток. Вот я сейчас об этом говорю и сразу ощущаю напряжение в теле, сразу мне не хочется писать. Однажды я пытался писать по заказу статью в  журнал Cosmopolitan. Написал, но я писал неделю и это был вымученный текст, я его даже не ощущаю как свой. Поэтому пишу теперь только о том, о чем я хочу.

 

—  Тут смешно, наверное, задавать вопрос про план. План Вы 100% не пишете…

—  План не пишу. Но у меня есть свои лайфхаки. Например,  я не ставлю перед собой задачу сразу написать целиком статью. Я пишу ровно столько, сколько у меня есть мыслей, желания и вдохновения. Один абзац?  Окей, я его напишу и оставлю. Потом он у меня поварится, я приду и допишу еще два-три абзаца.  Могу записать даже не абзац, а несколько ключевых слов, которые пришли в голову. Могу остановиться посреди улицы – раз-раз набросаю в смартфон и все. Чаще все равно получается написать статью целиком, но если не получается — это не проблема.

 

— Есть ли что-то, что сознательно делаете для продвижения?

— Сейчас нет. Когда-то — может быть в 2010 или 2011 году — была такая идея, что  у меня, как минимум, должно выходить 2 поста в неделю. Я старался писать регулярно и был такой страх, что если я буду писать реже, обо мне быстро все забудут. И надо постоянно маячить, чтоб помнили. Это было довольно тяжело для меня. Не было понимания того, что у читателя может появиться привязанность к тебе как к автору — и они могут ждать твои посты или заметить, что “что-то Илья долго не писал”.  Поэтому я сейчас пишу, как мне хочется, без плана и парадоксальным образом получается больше. Как только возникает принуждение “надо что-то делать”, сразу возникает сопротивление. А так я разрешаю себе писать то, что пришло в голову и когда пришло в голову. И все работает.

 

— Есть ли что-то, про что Вы точно не пишете или что-то, о чем нельзя, не стоит писать профессионалу?

—  Я думаю, нет такого слова для меня «нельзя писать». Но  я знаю темы, на которые лично реагирую остро и, видимо, от них буду уходить. Первая – уже не пишу про политику. Я тяжело переношу обсуждения, которые под такими статьями разворачиваются. Много оскорблений, ругани, переходов на личности… Второе  – темы, связанные с феминизмом. Именно с движением. Это по потенциалу ругани, насилия и войн рядом с политическими постами стоит. Слишком заряженная тема, слишком много времени и сил на дискуссии, и я ее решил обходить.

 

— Про клиентов? Про личную жизнь?

— Конечно, не пишу. Опять-таки, это связано с большим напряжением —  как кто воспримет, как кто прочитает. Может быть реальные клиенты вдруг узнают себя или потенциальные испугаются, что это может быть о них? У меня были ситуации, когда я описывал выдуманную консультацию — а потом клиенты обижались, “ты это на основе моей сессии написал?” В итоге я предпочитаю писать о себе, о своих переживаниях, или на интересующие меня темы, но не в жанре “клиентский случай”. Если я что-то беру из сессии  — просто какие-то фразы, которые кажутся забавными или важными, но никак не раскрывают историю человека — то спрошу клиента, не против ли он такого цитирования.

 

— Комментируете ли ситуации с коллегами?

— По-разному. Иногда да, иногда нет. Но всегда соблюдаю несколько принципов.  Никогда не буду обсуждать личность. Буду обсуждать только то, что конкретно я увидел или прочитал. Если меня начинает заносить, и я хочу прямо обсуждать личность, я останавливаюсь. Не хочу на это тратить время и силы.  Мне кажется, это тоже вопрос личной экологии, заботы о себе – готов ли ты выдерживать ту волну, которую сам поднимешь или поддержишь.

 

—  Как реагируете на критику?

—  В начале это было очень болезненно. Каждый критикующий для меня становился гласом народным. Но потом я понял, что вся эта критика – больше про того, кто это говорит. Просто потому что чаще всего если человек говорит “это бред”, то, получается, он заявляет мне, что я сошел с ума. Я сначала пытался людей переубедить: “это не бред, а что вы имели в виду” и так далее.  И, опять таки, все упирается в то, что я начинаю слишком много затрачивать своей энергии. Поэтому сейчас я поступаю очень просто – если человек пишет мне “это бред” или что-то в этом стиле, я удаляю его комментарий и баню, и у меня замечательное конструктивное общение в комментариях.

 

— За что баните? Есть принципы?

—  Скорее, могу сказать, когда не баню. Я понимаю, что если мне жутко не нравится то, что человек пишет, но а) на мою личность он не перешел, б) не обсуждает других участников – я его не забаню. Хотя он мне может не нравиться, я его оставлю, потому что, если я буду банить всех несогласных, то стройный хор поддерживающих голосов тоже мне  не интересен. Да и остальным будет страшно написать что-то “не то”. Как только человек начинает переходить на личности или использует такие слова как «бред», «чушь» — тотальное обесценивание, я просто его удаляю. Мне важна атмосфера безопасности в общении, когда человек может спокойно выражать свое мнение и знает, что на него просто так не наедут. А если наедут — то мною как хозяином страницы это поощряться не будет.

 

Добавить комментарий